23:11 

lock Доступ к записи ограничен

Тихие радости зла
Это век бездомных. Вернуться домой невозможно.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

19:53 

Личинка

jazzzzman
Jazzzzman
Хруст, немного тишины, а потом из тишины вопрос:
- Слышь, хозяин! У тебя окна на какую сторону?
Вопрос был задан мне, стоящему перед своей новой входной дверью. Спрашивал один из мужиков, которые пять минут назад эту дверь установили. И закрыли ее, чтобы проверить замки.
- Во двор, - говорю.
- Брось отвертку. Замок заело.
Диспозиция: я в квартире (это хорошо), мужики на площадке (и это тоже неплохо), весь инструмент - внутри (а вот это уже, прямо скажем, хреново). Беру отвертку, выглядываю в окно. Бродит. Кинул. Поймал. Ушел.
Еще минут пять они этой отверткой безутешно ковыряли замок снаружи. Потом ей же расковыряли щель между косяком и стеной, и просунули в нее ключ:
- Хозяин! Попробуй изнутри.
Изнутри не получилось.
- Ну, снимай тогда замок. Шурупы отвинчивай.
- Чем? Отвертка-то у вас!
- А другой нет?
- Крестовая.
За дверью негромко посовещались.
- Ну иди к окну, веревочку выбрось.
Этаж третий, позволяет. На веревочке я поднял отвертку обратно и разобрал замок.
- Отойди, мы личину выбьем.
Кувалда, по счастью, осталась у них снаружи. Несколько хороших ударов, и личинка замка криво торчит в квартиру. Но не вываливается. Ко мне ее не пускает какая-то неизвестная хрень, а наружу - другая хрень, которую я вижу. О чем и рассказываю мужикам.
Снова негромкое совещание.
- Хозяин! А ты болгарку в руках держал?
Зашибись.
- Приходилось, - говорю.
- Ну отрежь эту штуку тогда.
Беру болгарку. Режу. Искры фонтаном по всей квартире - красота! Покалеченая личинка вываливается к ним наружу. Дверь открывается. Стоят мужики и улыбаются:
- Бывает!
Замок меняют, цену за дверь сбрасывают на двести рублей.

Какое-никакое, а приключение.

20:14 

lock Доступ к записи ограничен

Тихие радости зла
Это век бездомных. Вернуться домой невозможно.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

10:34 

lock Доступ к записи ограничен

Тихие радости зла
Это век бездомных. Вернуться домой невозможно.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

11:01 

Абсолютно придуманная история

jazzzzman
Jazzzzman
В одной семье жила-была черепаха. С абсолютно черепашьим именем - какая-то там Марфа или Меланья. Жила неспешно, мало ела, много спала и грелась у батареи. Еще б самца ей какого завалящего - и был бы самый настоящий черепаший рай.
Раз в году Марфа впадала в спячку, как и положено всем Марфам. Лежала в коробочке, снила себе всякие каракумские сны.
Однажды, под старый Новый год, Марфа неожиданно для себя самой проснулась. Легкой трусцой пробежалась по комнате, обнюхала появившиеся за время спячки новые предметы в квартире, поела, попила. А потом подумала - и ушла спать обратно за батарею.
Через некоторое время ее обнаружила хозяйка. Марфин хвост торчал между батарейных ребер и чутко подрагивал во сне. Ей снилась погоня. Наверно. А из-под Марфиного хвоста торчал десятисантиметровый хвостик из елочного дождя.
От хозяйкиного хохота проснулся муж и дети. Марфа не проснулась. Хозяйка вялой рукой показала домочадцам в сторону батареи и простонала нечто невнятное. Дети повеселились и вытащили Марфу из-за батареи. После чего вся семья вновь опустилась перед черепахой на колени. Поползать немного. Потому что стоять сил не было.
Из черепахиного рта торчало еще сантиметров десять елочного дождика.
Когда хозяева утерли слезы и смогли связно говорить, хозяйка озвучила проблему:
- А с какой стороны теперь его доставать?
Еще пять минут искрометного веселья. Ситуацию усложняло то обстоятельство, что Марфа по-прежнему спала сном младенца. Несмотря на то, что была при этом похожа на черепаший шашлык, нанизанный на длинную блестящую полоску фольги.
Решили, что доставать дождь из Марфы лучше всего в направлении, изначально предусмотренном природой. Скажем, так - если черепаху положить на карту мира носом к Мурманску, а хвостом к Астрахани, то тянуть надо с севера на юг. В сторону Каспия. Старший сын аккуратно обрезал дождик у самого Марфиного носа, и, как ни жестоко звучит, подвесил ее за блестящий хвост, привязав к ножке табуретки. Носом вниз.
Марфа спала. Незаметно, словно часовая стрелка, сползая все ниже и ниже по фольге, повинуясь глубинным процессам черепашьего пищеварения.
Глубокой ночью семью разбудил стук панциря об пол. Дождик кончился.
Марфа проснулась только весной.

12:54 

Кризис

jazzzzman
Jazzzzman
Когда-нибудь человечество обязательно сожжет все запасы нефти на планете. Дым от сожженной нефти закроет солнце, реки перестанут течь и прыгать с плотин гидроэлектростанций, и на земле наступит энергетический кризис. Энергию станет просто неоткуда взять.
И тогда...
И тогда в каждом детском саду нужно будет всего-навсего поставить батут, подключенный к генератору.
Энергии обязательно хватит на всю планету и близлежащие окрестности.
А если дополнительно поставить пару крикоуловителей, визгопреобразователей и шумопоглотителей - человечество будет способно зажечь сверхновую.
Уверен.

14:55 

Позитивно-стрекотательное.

Akai Ran
Либо лучше, либо никак.
10.09.2013 в 08:04
Пишет ezhenka:

сверчки! в студии звукозаписи! ))
09.09.2013 в 19:00
Пишет jazzzzman:

Жаба
Проявился старый знакомый, Дима. Коллега, звукорежиссер-аранжировщик. Прочитал мой старый пост про муху в студии, жалуется на свое горе:
- Тут у нас, блин, еще круче! У Ирки (его жена, воспитатель в детском саду - прим.переводчика) садик на ремонт закрыли, воспитатели живой уголок по квартирам растащили на время. Ежи там, хомяки какие-то, инфузории. А Ирка приперла жабу. Ну да, в студию к нам! Пусть, говорит, тут побудет, не дома же ее держать. Ну, не жабу, ящерицу - хрен ее поймешь. В аквариуме. Страшная, как голый Жириновский, с рогами. Да не Жирик с рогами, а ящерица эта! В аппаратной у нас тесно, не повернуться, пукнуть лишний раз страшно, датчики потеют - ну, мы ее в микрофонку. И хрен бы с ней - сидела бы в углу, жрать не просила. Так она просит, тварь! Ее кормить надо сверчками. Коля, СВЕРЧКАМИ, б...ь! Живыми! Я на них смотреть-то не могу, не то что в руки взять! Инопланетяне гребаные! Жвала, шипы на жопе! Приснится такая харя - трусами не отмашешься. И что ты думаешь? Один сбежал! Че ты ржешь, ты сейчас рыдать будешь - он в студии где-то прячется, скотина! Да, в микрофонке! Хорош ржать! Он стрекочет, как сраный пулемет Максим! И в какую щель забился - хрен найдешь! Не гогочи в трубку, я обижусь щас! Илюха (второй звукорежиссер - прим.переводчика) дихлофос приволок, всю студию залил - так эта скотина в ответ только ржет из-за плинтуса басом и добавки просит! Заткнется минут на десять, потом опять - цвирк, цвирк, ссука! Мы и мелок от тараканов пробовали, и спираль от комаров - вообще никакого воздействия! Теперь запись у нас так проходит: за пять минут до начала мы в микрофонку полбаллона дихлофоса вдуваем, обе двери закрываем и ждем. Как заткнется - мы туда вокалиста. Вентиляции никакой, парни дуреют и под этой химией такие вензеля связками выписывают - Бобби, сука, МакФеррин нервно курит в тамбуре! Мы такими темпами Гремми скоро возьмем! Подержать, мля... В общем, через десять минут вынимаем оттуда вокалиста - и на крылечко подышать. Как только у него морда осмысленный цвет приобретает и слюни течь перестают - обратно в этот газенваген: пой давай! Что ты ржешь, у нас каждая вокальная сессия по двадцать гигабайт - мы ее из слогов, б...ь, сшиваем! Думашь, все? Щас! Я же умный, я же, сука, мозг! Я додумался эту жабу из аквариума выпустить, думал она его найдет. Откуда я знаю, как! По запаху пусть ищет! И что ты думаешь? Я теперь и жабу найти не могу! Хорошо, хоть эта тварь не квакает. Но Ирка приедет послезавтра - что я ей скажу? Может, новую купить? Почем сейчас жабы? Ну хорош ржать уже, честное слово...

Я думал у меня щеки до ушей порвутся, ей-богу.

URL записи

URL записи

@настроение: Ровное.

@темы: веселое

14:09 

На вкус

jazzzzman
Jazzzzman
К семи годам я успел многое в жизни испытать и попробовать. Знать бы еще, зачем мне это нужно было.

Ел с братьями пластилин. Убей, не помню, какая была в этом необходимость, но отказаться было невозможно.
Пробовал на вкус силикатный канцелярский клей из полиэтиленового пузырька с отрезным носиком. Щипало ужасно.
На спор откусил и разжевал кусочек бабушкиного алоэ, стоявшего в кастрюльке на окне. Несмотря на то, что алоэ предварительно был посыпан сахаром, проглотить я его не смог. Выплюнул и тут же высыпал в рот полсахарницы. Не помогло. Гадость.
Питался странной травкой из клумбы во дворе - мышиным горошком и какими-то "калачикми". Горошек был пресным, но зато рос в самых настоящих стручках, хоть и был размером с мышиную же какашку. Калачики нужно было предварительно развернуть и очистить от листьев, внутри оказывалась странная штука, напоминавшая тюрбан Маленького Мука в миниатюре. Тоже безвкусно. Зато безвредно.
Лизнул порох. Ничего не понял.
Лизнул металлическую ограду детского сада. Зимой. Многое понял.
Ел мел, правда, немного.
Пробовал зеленую акварель на вкус. Не понравилось.
Нюхал свежепоставленную в саду прививку - бугорок на руке пах все той же зеленой акварелью.
Жевал одуванчик. Кислятина.
Жевал еще какие-то полевые цветы, которые мы называли медком. И правда - сладковато.
В полубессознательном трехлетнем возрасте слопал из корзины какой-то гриб, принесенный отцом. Мама говорит - груздь.
Случайно наелся чернильной пасты из стержня от авторучки. Вкус не забуду никогда.
Еще были: зубная паста, острый перец, мука, сырой мясной фарш, ластик, и, кажется, кора ивы.

И при этом - никакого гастрита, апендицита и прочих ужасов! В крайнем случае (гриб) - два дня на горшке.
А теперь? Жирное - печень, острое - желудок, курить - вредно, похмелье - маленькая смерть, сквозняк - сопли, бассейн - коньюктевит, метро - грипп...
Хочу обратно.
Есть пластилин.

10:29 

Маруся

jazzzzman
Jazzzzman
В далекие-предалекие времена, когда каждый ребенок знал, что экономика должна быть экономной и что слова "мир", "труд" и "май" - близнецы-братья, жила-была девушка. Скажем, Маруся. Собственно, она и сейчас прекрасно себя чувствует. Правда, тогда она чувствовала себя лет на пятнадцать лучше. И была у Маруси мечта - скатиться по крутому склону на лыжах в красном спортивном костюме, да так, чтобы все мужики вокруг просто попадали. Костюм должен быть красный - и никакой другой. В поведении мужиков также не допускалось вариантов - они должны были не присесть, не попрыгать, а именно попадать.
И вот однажды партия и правительство сжалились над судьбой бедной Маруси, и подарили ей на новый год хорошую премию. Маленькую, но хорошую. Обрадовалась Маруся, побежала по магазинам, и, весело отстояв километров семьсот очередей, приобрела две вещи: красный лыжный комбинезон и путевку на лыжный курорт в одной из братских республик СССР. Осталось лишь приехать, чтобы отнаблюдать штабеля валяющихся от такой красоты мужиков. Маруся поехала.
Когда комсомолка, спортсменка и почти красавица Маруся взошла на склон в ослепительном клюквенно-алом комбинезоне, окрестные мужики приоткрыли бородатые рты и немного похрустели шейными позвонками, провожая ее алчущим взлядом. Комсомолка была почти счастлива. Не хватало мелочей - лихого спуска с горы и падающих мужиков.
Маленький, но очень горный инструктор с комсомольским значком на волосатой груди, старательно обучил новичков азам лыжной грамоты и махнул рукой в сторону склона - валяйте.
Маруся ринулась было к спуску, но почувствовала, что в ближайшее время этого сделать не сможет. Пока не найдет где-нибудь дощатую конструкцию с буквами "м" и "ж". Очень ее прижали собственные малочисленные нужды.
Напомним, что на дворе стоял чудесный конец восьмидисятых, Коммунистическая партия СССР во главе с Генеральным Секретарем Центрального Комитета увлеченно отстаивала интересы мира во всем мире, и ей было плевать на такие мелочи, как сортиры на горных склонах. Партия была, а сортиров не было.
Поозиравшись минут пять со сжатыми коленками, Маруся, краснея, подошля к инструктору и, наклонившись, прошептала ему что-то на ухо.
- Туалет?! - громко спросил инструктор, и горное эхо переспросило еще пару раз: "Туалет, туалет..."
- Да вы что, девушка? Откуда в горах туалеты? ("Туалеты, туалеты...") Вон, видите кусты? ("ты, ты...") Там и писайте. (..., ...)
Маруся, с лицом цвета собственного комбинезона, рванула к кустам, упираясь палками.
- Лыжи-то снимите, мите, мите!.. - крикнул ей вслед инструктор. Маруся не услышала.
Надо заметить, что советская швейная промышленность, идя навстречу решениям XXVII съезда партии, усилила борьбу за качество обслуживания советского населения. Все больше новых товаров появлялось на прилавках советских магазинов, и в том числе - красные горнолыжные комбинезоны со знаком качества на спине. И с одной-единственной молнией от кадыка до пупка. Если б Маруся была мужчиной, то никаких вопросов не возникло бы. Но она была девушкой, страстно желающей пописать, а потому комбинезон был Марусей расстегнут и спущен до самых колен. Из технических моментов могу сообщить, что на Марусе таким образом осталась маечка. И все.
И вот тут, когда начался процесс единения Маруси с природой, физика внесла свои коррективы. Снег под ногами скрипнул, и лыжи, которые комсомолка так и не сообразила снять, плавно поехали вперед. Маруся взмахнула руками - но было поздно. На глазах у изумленной группы лыжников, среди которых были столь необходимые Марусе мужики, из кустов с постоянным ускорением выкатилась присевшая девушка в одной маечке. Тормозить голой попой в снег она не решилась. Поэтому, повизгивая от ужаса, катилась по склону, размечая желтеньким пунктиром снег между лыжами. Быстрее, быстрее, еще быстрее.. Громче, громче, громче!...
Усиленный тысячекратным эхом гогот мужиков провожал Марусю вдоль всей трассы. Мужики действительно валились в снег. Да еще и корчась в судорогах.
Но это еще не все.
Пылающую от стыда девушку принесло прямехонько под ноги одному из мужков. Тот стоял спиной к трассе. Маруся врезалась в него так, что мужика отшвырнуло метров на пятнадцать вниз по склону. Но зато позорный спуск без трусов был прерван.
От перенесенных переживаний и переохлаждения попы Маруся простудилась. Выходить на склон она больше не решалась - в единственном на территории республики красном комбинезоне ее узнавали бы не хуже, чем Эдиту Пьеху. Тыкали бы пальцами и хохотали.
Маруся отсиживалась в больнице, в поселке у подножия горы. Там о ее рейсе никто ничего не знал. Через некоторе время девушка успокоилась, и даже стала искать знакомства с остальными обитателями больницы, тем более, что мужиков и там было хоть отбавляй. На третий день объект был найден. Это был статный, высокий красавец лет тридцати пяти, с модной тогда бородой и взглядом капитана дальнего плавания. Он сидел у окна с гипсом на ноге, и грустно играл сам с собой в шашки. Маруся присела, завязался разговор. Капитан расправлял плечи, шутил, звал в далекие края...
- А как вы ногу-то сломали? - спросила Маруся, чтобы ненадолго отвлечься от заманчивых предложений.
- Вы не поверите - в меня врезалась какая-то дура с голой жопой!

По законам жанра концовке полагается быть такой: Маруся стесняется, потом рассказывает, что это была она, они смеются и в итоге женятся.
Фигушки.
Маруся сбежала из больницы на следующий же день.
Глупая. Испортила историю.

10:54 

Инсект

jazzzzman
Jazzzzman
Хитин, материал, из которого состоят внешние оболочки насекомых, очень прочен. Комар, раздавленный на потолке подброшеной подушкой, торчит там, растопырив лапки, вот уже лет пять. Сам себе памятник.

Якутия - родина комаров. Клянусь. Больше таких нигде нет. Они не кружатся над жертвой, выискивая место для посадки - они втыкаются в кожу с лета, как дротики, пробивают эпидермис сантиметров на пять и тут же начинают с хлюпаньем перекачивать эритроциты из твоей вены в свое брюхо. Если его поймать в полете в кулак, он будет бороться за жизнь и разгибать изнутри твои пальцы, упираясь накаченными ногами и татуированной спиной. Гудят они так, что спать в палатке с двойным пологом невозможно - все время хочется подпевать. Если в лесу неожиданно захлопнуть книжку (хотя - какой дурак ходит в лес с книжкой?), а потом открыть ее на том же месте - вместо некоторых букв окажутся сплющенные комары в разных позах. Если пару дней не отмывать морду автомобиля щеткой, на ней скапливается пушистый ковер из сбитых комаров. Номеров не видно, ГАИшникам это не нравится.

В восьмом классе нас отправили на турслет. У меня есть фотография - десяток сонных школьников на утренней линейке у костра. Рука каждого занесена в странном взмахе. Это не пионерский салют. Это комары. Я тоже там есть - с закрытыми глазами и открытым ртом. Сплю. Стоя.
Подробности помню плохо - всегда подозрительно веселые физрук с географичкой, дурацкие эстафеты, классная руководительница, классно рухнувшая в ручей вверх тормашками. Ну, и еще я заблудился на ориентировании.
В один из вечеров некого молодого человека укусил комар. Он (молодой человек) ненадолго выскочил из палатки по каким-то надобностям, и вернулся уже укушенным. Поскольку палатка была мальчишечья, молодой человек без стеснения взвыл нечеловеческим голосом:
- Аааа, ссскотина! Прямо в ... - и стал яростно чесаться.
Место укуса оказалось крайне чувствительным, и болело довольно сильно. Палатка ходила ходуном - один чесался, трое хохотали.
- Чего ржете? Знаете, как больно?!
- Да ладно, - сжалились из темноты, - на вот, намажь. Не знаю, как ТАМ, а в остальных местах всегда помогает.
Рука порылась в рюкзаке и протянула страдальцу металлическую баночку.
Вьетнамский бальзам "Звездочка".
Многие века трудолюбивые вьетнамские крестьяне смешивали в разных пропорциях самые ядовитые и наиболее противные вьетнамские растения, чтобы в итоге получить этот адский состав, который даже нельзя хранить в пластике - разъедает! Скорее всего, пытались создать ядерное топливо. Когда не вышло - стали результатом лечиться.
Надо заметить, это вовсе не было злой шуткой. Никто из обитателей палатки не знал, чем грозит попадание этого ядреного гибрида солидола и соляной кислоты на то самое укушенное место.
По признанию жертвы, первым ощущением было небольшое облегчение. Затем похолодание, будто это самое место погрузили в стакан со льдом. И только потом пришло настоящее чувство. Вы когда-нибудь пробовали острый перец? Вот теперь перенесите те же самые ощущения несколько ниже.
Палатка взвилась над полянкой, окрестное зверье вжалось в норы от звериного вопля, оглушившего тайгу. Сшибая сосны, молодой леловек добежал до ручья и, не найдя другого способа унять печаль, уселся в него по пояс.
Как ни странно - помогло. Показалось даже, что вода вокруг слегка зашипела.
Померещилось, наверно.

11:04 

Листопад

jazzzzman
Jazzzzman
Юра уронил роль.
Есть старый театральный обычай - если ты, упаси Господь, случайно уронил текст своей роли, ты просто обязан сесть на него. И только потом поднять. Иначе, говорят, роль у тебя будет неудачной. Не знаю, какой в этом смысл, и какая связь между удачной ролью и задницей актера. Но - традиции, обычаи...
Роль у Юры была не шибко массивная. На пять листов. Не Принц Датский, конечно, но и не Пятый Молчаливый Гриб В Шестом Ряду Немых Грибов. Два выхода в первом акте и пощечина от главного героя. Правда, герой все норовил в последний момент сжать ладонь в кулак, чтобы пощечина повесомей была. Но это только потом.
А пока - Юра уронил роль. Художественно уронил. Красиво. Два листа - на первую ступеньку автобуса, еще два - на асфальт и один - в лужу. Ехал бы один да трезвый - молча бы собрал по листочку и спокойно пошел домой. Но не повезло. Вместе с Юрой ехали товарищи по увечью - актеры. С пивом.
- Юра, Юра, посидеть! Посидеть положено!
Первыми двумя листами Юрка подтерся довольно легко. Просто присел на ступеньку, пока пара друзей придерживали створки автобусных дверей, чтобы ему талант не прищемило. Отпустив автобус, посидели и на страницах номер "два" и "четыре". Последний лист бороздил рябую поверхность лужи под весенним ветерком.
Решение созрело быстро. Было предложено взять Юру за руки и с двух сторон аккуратно опустить до уровня лужи. Слегка коснуться джинсой бумаги и тут же поднять страдальца.
Встали. Взяли. Опустили. Третий приятель присел сбоку и руководил процессом:
- Майна, майна... Еще майна... Осторожненько...
Остановка мгновенно наполнилась любопытными. Еще бы, не каждый день мужики друг друга в лужи макают, да еще так нежно.
И все бы было хорошо.
Наверняка обошлось бы.
Но нашелся в зрительном зале какой-то острослов. Он громко, на пол-улицы сказал:
- Ну, теперь хватай, хватай! Зажимай задницей бумажку-то!

Нельзя такое под руку. Особенно, когда товарищ твой висит на волосок от гиб.. эээ.. от лужи.

Уронили, конечно.
Зато роль спасли. Получилась.

21:35 

Оркестровка

jazzzzman
Jazzzzman
У Тимура хитрющие глаза и круглое пузо.
У Тимура жена-скрипачка на пятом месяце.
У Тимура новая квартира - большая и гулкая.
Тимур - звукорежиссер, поэтому в квартире у него музыкальный центр, два стула, диван и маршалловский концертный комплект акустики - два небольших портала по киловатту каждый.
С остальными жильцами дома Тима не знаком, но зато отлично разбирается в музыкальных пристрастиях соседей снизу. Они каждую ночь врубают небольшой магнитофончик на полную громкость, и агрегат до трех-четырех часов выплевывает в окружающую среду Сердючку, похрюкивая от напряжения всеми своими китайскими динамиками.
Не спит полдома. На стук по батареям, телефонные звонки и удары ногами в дверь любители Сердючки не отзываются. Слышен только скрежет магнитофона да пьяный смех.
Тимур с женой каждую ночь окукливаются в одеяло, придавив уши подушками. Не помогает.
- Света?
- М? - из-под подушки.
- Хочешь музыку послушать?
- С ума сошел?
- Ну-ка, помоги мне.
Тима встал с дивана и аккуратно положил Маршалл на пол, мордой вниз. Один, потом второй. Затем не торопясь подключил усилитель и музыкальный центр.
- Свет, у тебя есть что-нибудь погромче?
Поскольку пятимесячная скрипачка на дух не переносит попсу и прочую чепуху, из громкого у нее нашелся только Бетховен. Тимур вдумчиво выставил таймер и вывернул ручки усилителя.
- Ну что, пойдем погуляем?

Казалось бы - ну что такое киловатт? У каждого на кухне стоит электрочайник, который этим киловаттом кипятит у себя в животе литр воды и никому при этом жить не мешает. А на пылесосе вообще написано - 1500 ватт, и шуму от него совсем не много. Просто это другие ватты. Если потратить два киловатта исключительно на сотрясение воздуха, мало показаться не должно.

Тимур вывел жену во двор, усадил на лавочку, укутал пледом и дал в руки чашку горячего чая. Посмотрел на часы.
- Три минуты. Подышим пока воздухом.
Через три минуты в "Соньке" тронулся компакт-диск, и невидимый дирижер взмахнул палочкой. Людвиг Ван Бетховен. Пятая симфония.
- ТА-ДА-ДА-ДААААА!..
Пауза. Птицы сиганули с крыши в темноту.
- ТА-ДА-ДА-ДААААААААА!..
И понеслось. Глухой немец накрыл раскрашенного хлопца с шариками в лифчике, как слон Моську. Соседский магнитофончик неслышно попискивал сквозь артобстрел. Разговаривать в атакуемой квартире можно было только жестами. Впрочем, как и на лестничной площадке. Сердючники, беззвучно матерясь, добежали до седьмого этажа и попинали сейфовую Тимину дверь, но на фоне литавр слышно их не было.
Дом, конечно, разбудили весь. Окна не лопались, но ощутимо вибрировали. В округе лаяли собаки. В какой-то машине сработала сигнализация, но не от звука, а от свалившегося на капот кота.
Тима покрепче обнял жену:
- Нравится?
- Очень! - улыбнулась она и поцеловала Тимура в небритую щеку.
Кто-то вызвал милицию. Но пока "Бобик" с мигалкой продрал фары и явился по вызову, Тимкин таймер тихо пискнул и отрубил звук. Из подъезда вывалились люди - они с криками мяли поклонников Сердючки, которых выловили-таки на площадке. Милиция похмурила несвежие лица и не стала разбираться. Увезли.

Нет, конечно, кое-то понял, что произошло. Но эти немногие просто пожали Тимуру руку и никому ничего не сказали.

Спустя пару спокойных ночей соседи снизу вновь попытались включить музыку. Негромко. Но часа в два.
Тимур перегнулся через балкон и громко, во всю глотку проорал вниз:
- Та-да-да-дааа!..

Тишина и покой вновь окружили спящий дом.

19:46 

Не смешно

jazzzzman
Jazzzzman
Предновогодний концерт в Олимпийском - это куча беготни, отсутствие даже намека на какую-нибудь организованность и очень много шума. Практически - из ничего.
Мы со Славкой приперлись за двенадцать часов до начала. Нам предстояла самая ответственная работа - включать артистам фонограммы, под которые те будут открывать рот. Долго боролись с искушением врубить какому-нибудь "Чаю Вдвоем" фанеру от какой-нибудь "Виагры". И артисты, видимо, очень хорошо это понимали, поэтому каждый коллектив выделял нам специального человека - стоять над душой, кричать сквозь грохот: "Второй трек! Второй, не пятый!" и собственноручно нажимать кнопочку "play" в нужный момент.
За сутки до безобразия мы тщательно расписали порядок выступления и названия песен. К началу концерта трек-лист был изуродован многочисленными правками и стрелочками: "Это играть, это не играть, тут рыбу заворачивали". Список сильно напоминал схему метро Токио - с паутиной линий и кучей иероглифов.
Звук для концерта везли зачем-то аж из Питера и привезли его столько, что установить весь не получилось. В тех же ящиках привезли и звукарей. За главного у них Витя - человек неопределенного возраста в шортах и свитере. Душевный мужик, общительный и веселый. Посмотрел на нас со Славкой и сказал:
- Ребятки. Вот вам пульт, вот вам десяток микрофонов. А я посплю немного - устал очень.
И проспал весь концерт.

Куда посадить концертного звукорежиссера, который должен врубить музыку только в нужный момент, не перепутать порядок песен и вовремя выводить микрофоны всем ведущим? Правильно - в самый темный уголок под сценой, чтоб ему, гаду, не было ничего видно и слышно. Там мы и обосновались. Оттого половина песен врубалась в самый неподходящий момент: то гитарист из "Корней" выдаст яркое соло, еще не успев добежать до одиноко стоящей в углу гитары, то Ираклий Пирцхалава неожиданно запоет, стоя спиной к зрителям и держа микрофон, как факел, на вытянутой вверх руке.
Хотя авторство всех этих чудесных моментов далеко не всегда принадлежало персонально нам. Яна Чурикова минут пять не могла включить микрофон, запутавшись в двух его кнопках. Деспина Ванди так зажигательно танцевала, что ухитрилась оторвать шнур от "петли" и вместо "Спасибо, йа лублю вас!" после песни беззвучно открывала рот, словно щука на берегу.

Один из О-Зоновцев был так рад полученной награде, что на обратном пути рухнул со сцены. Летел метра два. Упал и лежал тихо. Хотели уже вызвать скорую, но оклемался сам. Хорошо, что этого никто из зрителей не видел.

А еще у нас под сценой стоял монитор, в которм мы слышали, как они все поют на самом деле. Жаль, не было времени все это записать - был бы компромат тысяч на семь долларов. К слову, единственный исполнитель, которого смело можно было запускать и без фанеры - Юля Савичева. Пела вполне прилично, зачем ей фонограмма?

От Софии Ротару пришел терминатор. Мужчина в хорошем котюме и перчатках. Сел в уголочке, положил на колени чемоданчик и просидел молча два часа. Его подопечная выступала последней, и за три минуты до выхода терминатор встал, молча достал из чемоданчика дат-кассетку и сам нажал на кнопку. Не снимая перчаток. После выступления сложил все обратно и, тихо попрощавшись, ушел.

Таркан бегал по сцене, разыскивая свободный микрофон. "Пропаганда" обиделась на что-то и не вышла петь финальную песню. "Иванушки" не были запланированы вообще и возникили из ниоткуда с криком: "Вот фанера, мы на сцену!".

Жаль, что из телеверсии все это вырежут. Смотрите на экранах в феврале - Торжественная церемония вручения музыкальной премии "Стопудовый хит". Если слева заметите торчащую из-под сцены макушку - это Славка. Ну, или я.

21:12 

jazzzzman
Jazzzzman
Она ломает кости, выворачивает суставы, вынимает из тебя всю боль, достает ее наружу и обрушивает на твою голову. Она караулит тебя ночью, хватая за глотку и заглядывая в глаза - жив ли еще? Не задохнулся ли? И если ты начинаешь терять сознание, она отпускает тебя, чтобы дать тебе немного воздуха и вернуться через некоторое время. Она делает шаг назад, отступает в угол, зажигает газ, прикуривает от горелки, ставит на нее чайник и смотрит в окно... Она делает вид, что живет тут, с тобой, и никуда не собирается уходить. Ты приходишь в себя, глядишь на нее, и больше всего на свете хочешь, чтобы она осталась.
- Ты здесь? - спрашиваешь ты.
- Нет. Меня здесь нет, - отвечает она, затягиваясь. - Ты устал? Тебе плохо?
- Да. Мне очень плохо. Уходи, пожалуйста. Мне плохо с тобой и плохо без тебя. Без тебя даже хуже... Уходи... Останься...
- Сейчас. Вот только докурю. Уйду. Останусь.
Она садится на стул и внимательно смотрит на тебя. Ты глядишь ей в глаза и не можешь решить - хочешь ли ты отдать ей всю жизнь до капли, или убить ее здесь же, в чужой кухне. Ты отворачиваешься. Ты прячешься в разговоры чужих людей, в призрачный никотиновый дым, в зимний ночной город. Ты ищешь там себя, потому что еще вчера ты был где-то здесь. Тебя там нет.
Ты весь тут, у нее в руках, и она отлично знает об этом. Она подходит, садится рядом на одеяло и кладет руку тебе на лоб:
- Потерпи. Я скоро уйду. Я останусь навсегда.
И ты пытаешься приучить себя к мысли, что она - это благо, и ведь есть на свете люди, у которых ее нет, и им от этого еще хуже, чем тебе. Ты лежишь на спине, и потому эта нелепая жидкость не течет по щекам, а остается в глазах, выжигая их изнутри. А на потолке трещина... А за окном чьи-то пьяные жизни. А будильник в телефоне выставлен на полвосьмого... Надо бы выспаться...
И вот здесь она снова набрасывается на тебя, чтобы выцарапать из тебя сердце и увидеть, как оно сбивается с ритма. Она целует тебя взасос, пока у тебя в глазах не появятся разноцветные круги... Она достает откуда-то нож и проворачивает его у тебя внутри...
Ты снова мертв. И умрешь еще раз через час или день.
Потом она снова отступит на один шаг.
Потом уйдет.
Потом останется.

Ее зовут надежда.


11:44 

jazzzzman
Jazzzzman
Странное это ощущение... Как будто кто-то сунул в тебя зажженную тротиловую шашку и отошел посмотреть. Шнур горит, тебе горячо и больно, и ты не понимаешь, как от всего этого избавиться. Бегаешь кругами, совершаешь поступки, которые никогда в жизни не совершил бы... Бьешься о стены, ныряешь в проруби, а когда понимаешь, что это не помогает - пытаешься взять себя в руки и успокоиться. Это тоже не помогает.
Шнур горит внутри тебя, шипение все громче, огонь все ближе к заряду, ты пытаешься оторвать себе голову и выбросить к чертовой матери, лишь бы прекратить это. Потом раздается грохот и тебя окатывает жидкое пламя...
Проходит немного времени, ты ощупываешь себя и с удивлением понимаешь, что цел... Внутри дыра, покрытая ожогами, там пусто и что-то капает. А снаружи - цел. И ты осматриваешься по сторонам и начинаешь замечать, что в кармане сто пятьдесят рублей... Что в метро можно не держаться за поручень, если поставить ноги пошире и по диагонали... Что борщ вкусный, а сыр нет - а ведь всегда было наоборот... Что воробьи крадут хлеб у голубей, что снег грязный, что бензин опять немного подорожал...
- Где ты был все это время?
- Понятия не имею...
- Ты вернулся, все в порядке?
- Не имею понятия...

Здравствуйте.
Депрессивных постов больше не будет.
Обещаю.

12:54 

Аэрофлот

jazzzzman
Jazzzzman
Страсть к халяве неистребима. В газетном объявлении было написано: "Авиабилеты за полцены" - и я купился. Позвонил, пообщался.
- Вам куда лететь?
- В Москву.
- Завтра в шесть приходите к зданию аэровокзала, справа. Там калиточка есть.
- А что с собой брать?
- Деньги, вещи, документы и деньги. И денгьи не забудьте. Я про деньги уже говорила?
В шесть утра у калиточки собралась бригада халявщиков: я, девушка Ирина, старушка с двумя корзинками и два бритоголовых мужика в малиновых пиджаках и с килограммовыми мобильниками. Утро было хмурым, раговор не клеился. В полседьмого из калиточки к нам вышел мужик в грязной робе и с батоном в руках. От батона он откусывал большие куски и, тщательно прожевав, проглатывал. Завтракал.
- Деньги принесли? - сквозь хлеб спросил мужик и протянул руку в маслянных пятнах. Мы положили в ладонь пять раз по полцены, он смял деньги и сунул в карман:
- За мной.
Развернулся и пошел вглубь аэропорта. Мы просеменили за ним. Преодолев пару больших луж солярки, вошли в ангар. Внутри стоял автобус.
- Садитесь.
Мы обрадовались - казалось, что наконец-то партизанские игры закончились, и началась обычная посадка в самолет. Сейчас автобус подъедет к вокзалу, в него сядут обычные пассажиры, и мы сольемся с толпой.
Если бы...
В ангар вошли пилоты, наш мужик проглотил полбатона и выдал им деньги - из другого кармана. Пилоты сели в автобус и дальше вели себя так, будто в салоне кроме них вообще никого не было. Нас не замечали. Автобус выкатился на волю и бодро побежал по бетонным плитам, но не к вокзалу, а сразу к самолету. Ой, как замечательно! Нас сейчас сразу посадят в салон, а когда остальные пассажиры войдут - мы будем уже там.
Если бы...
Пилоты прошли внутрь, у нашего мужика закончился батон, и провожатый наконец разговорился:
- Значит, так. Сейчас сядете, куда покажут. (Ура! Все-таки сядем!) Потом по салону пройдет проверка - вы сидите тихо. (Как-то не очень понятно) Когда будет можно, вас выпустят - сядете на свободные места.
Стоп... Откуда выпустят?
Поднимаемся по трапу, входим в пузо самолета, и тут мужик открывает какой-то люк в полу:
- Залезайте.
Опа... Это чего, нас в трюме повезут, как пиратский жемчуг? Хотя - сказали же: выпустят. Ладно, лезем.
Внутри ничего не оказалось, только тусклая лампочка под потолком. От пола до потолка - метр. Сидеть можно. Стоять нельзя. Мы сели на собственные сумки и пригорюнились. Мужики в пиджаках стали обсуждать какие-то свои дела, бабулька расставила корзинки, и вообще, казалось, что только мы с Ириной в первый раз летим под палубой самолета, а остальные давно уже привыкли.
Минут через тридцать в брюхе "Тушки" открылась дверь, и в нее сунулась удивленная чумазая физиономия. Оглядела нас внимательно, изчезла и вернулась с чемоданом. Швырнула его в нас, снова пропала, и кинула в нас огромную спортивную сумку. Началась погрузка багажа в багажное отделение. Мы, как могли, отбивались ногами от прилетающих чемоданов, расставляли их вокруг себя и строили небольшую баррикаду. Физиономия грузчика в последний раз заглянула в люк, крикнула кому-то: "Все!" и скрылась. Люк закрыли.
Еще через минуту заныли двигатели, а потом в багажном отделении вырубили единственную лампочку.
Мы, конечно, волновались. Внимательно прослушали топот многочисленных ног над головой - сначала пассажиры, потом проверка.
- Мяу! - раздалось в темноте. - Мяяааау!
- Тихо, Бася! - прошипела старушка, но Бася продолжала орать. Оказалось, что бабуся везет с собой две корзинки: с Басей и Жуликом. Зачем ей в Москве кошка с собакой, мы не спросили. Когда двигатели взревели в полную мощь, Басю слышно не было. Не то замолчала с перепугу, не то децибелов не хватило.
И тут самолет дрогнул и медленно пополз вперед. Зашибись... Вот тебе и слетали за полцены. Лететь в багажнике, хоть и лежа на чужих чемоданах, не хотелось. А вдруг он не герметичный? А вдруг не обогревается?
"Тушка" немного попетляла, потом замерла на минуту, и вдруг взвыла и прыгнула вперед. Хана. Взлетаем...
Люк над самой головой распахнули рывком, в него сунулась стюардесса:
- Господи, мы ж про вас совсем забыли!..

Достали.
Рассадили.
Долетели.
Больше за полцены не полечу.


P.S. Честно говоря, полгода назад, когда писался этот черновик, было весело. Теперь совсем не смешно.

18:35 

Тишина

jazzzzman
Jazzzzman
Удивительная это штука - алкоголь...
Половина четвертого ночи. Дома тихо. Дом чужой, всего месяц, как снял этот тесный кубик с неровными полами и лоскутьями обоев на стенах. В нем зябко и все время кажется что вот-вот войдут хозяева... У соседей сверху маленький ребенок. Когда он не плачет, отчетливо слышен их телевизор. Мой тоже работает, но без звука. В качестве осветительного прибора он вполне неплох - вспыхивает разноцветными огнями, переливается, и своим неровным светом отлично заменяет камин. Еще бы грел - было бы совсем хорошо.
Пить лучше всего на полу - эту истину я усвоил очень давно и многократно проверил на себе. Садишься спиной к дивану, ставишь рядом бутылку с препоганейшим виски и тарелку с остатками сыра. На диване, прямо за твоей головой, валяется гитара - и можно протянуть руку, взять, и тихонечко потренькать. Тихонечко. Ночь все-таки.
Хорошо. Нет, правда хорошо. Можно сколько угодно пялиться в потолок и разглядывать на нем мутные прямоугольники - это фонари с улицы пытаются подать знак, посылая ржавые лучи сквозь грязные окна. Можно включить радио, послушать новости, и когда зазвучит музыка - выключить. Можно думать о чем угодно и сколько влезет. Можно безнаказанно жалеть себя, потом стыдиться того, что жалел. Можно вспоминать. Слова, лица... С лицами проблема - у меня почти нет зрительной памяти. Зато слуховая пока работает. Значит - слова. Без лиц.
Тишина.
Ти. Ши. На.
Кто-нибудь прохрустит по снегу за окном - и снова ти-ши-на...
И уже под утро, когда ты даже голову ровно держать не способен, когда квартира болтается вокруг тебя, как яхта в шторм, когда пальцы не попадают ни в один аккорд - вот как раз в этот момент приходит спокойствие. Еще несколько часов назад у тебя в голове выла заполярная метель, со свистом перелистывая мысли и эмоции; они мелькали и хлопали, как мокрое белье на ветру, и ни одна из них не задерживалась перед твоим носом дольше минуты... А теперь и в голове - ти-ши-на. Всю эту шелуху сдувает, уносит за горизонт, и с тобой остается одно-единственное чувство. Самое главное. Оно, видимо, слишком тяжелое, чтобы просто так улететь вслед за штормом.
Это тоска. Большая-большая, серая-серая, мутная и в каких-то грязных пятнах. Она похожа на чужое старое покрывало - и пахнет не так, как тебе хочется, и давно пора постирать, а завернешься в него - и вроде бы греет... Вот так и засыпаешь... Тихо и спокойно, как щенок на коврике у дверей.

Хорошая штука - алкоголь. Если не слишком часто пользоваться.

10:47 

Меня два

jazzzzman
Jazzzzman
Меня два. И мы оба ненавидим друг друга.
Первый - милый домосед, трудоголик, улыбчивый и застенчивый. Он пишет тоскливые песни и не знает, что с ними дальше делать. Он ест супчики и медленно заплывает жирком. Он любит молоко и мандарины.
Второй - демон с мутным взглядом и перегаром. Он бродит по ночному городу и ввязывается в драки, вечно разбивая себе рожу и кулаки. Он не жрет почти ничего, он поджарый и с ввалившимися щеками. Он пьет водку большими глотками.
Мы рвем друг друга зубами двадцать лет подряд. Когда-нибудь один из нас убьет другого. И мне кажется, я знаю, кто кого.
Все это не художественный прием. И водка, и молоко, и песни, и разбитая рожа - все правда. С этим очень сложно жить.
Обычно на поверхности милашка. Долго. Года два-три. А потом откуда-то всплывает монстр. И крушит все, до чего может дотянуться. Друзей, дома, женщин, работу...
Ян сказал: "Интересно живешь. Не скучно". В пень такую интересную жизнь. Смотреть, как твои руки гробят то, что сами же и построили. Смотреть, как близкие люди плавятся от того жара, что прет из тебя. Ты излучаешь горящий напалм и нихрена не можешь с этим сделать. Варвар старательно, с удовольствием, об колено ломает тихоню. Швыряет его о стены, втаптывает в асфальт. Наиграется - бросит.
Ян сказал: "Ты творческий человек. Тебе важно сгорать, а не тлеть". Звучит клево. Но херня. Ты не знаешь, как это страшно: осознавать, что изнутри поднимается тот, кому важно сгорать. И понимать, что это ты сам и есть. И что сейчас твоя жизнь в очередной раз прыгнет в сторону.
Кстати, варвар почти никогда не пишет в блог.
Я все чаще думаю о брате Мишке, который несколько лет назад без видимых причин шагнул в окно седьмого этажа.
Может, и его было двое... Только они оба убили друг друга.

10:55 

lock Доступ к записи ограничен

Тихие радости зла
Это век бездомных. Вернуться домой невозможно.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

21:24 

lock Доступ к записи ограничен

Тихие радости зла
Это век бездомных. Вернуться домой невозможно.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

Шепот трав

главная